В XXI веке стало популярно говорить, что мир должен жить по одной-единственной политической модели - желательно западной и обязательно демократической. Но чем громче звучали эти призывы, тем чаще стал возникать простой вопрос: а универсальна ли она вообще?

Или перед нами уже не теория, а инструмент давления - красиво упакованный, но всё с теми же двойными стандартами?

На недавнем Дохийском форуме спецпосланник президента США по Сирии Том Баррак сказал то, о чём на Востоке давно говорят без микрофонов: политические модели работают по-разному. По его словам, «на Ближнем Востоке лучше всего функционируют просвещённые монархии», а требовать от сирийцев европейскую демократию «за 12 месяцев» - всё равно что учить верблюда кататься на скейтборде.

Парадокс? Да. Особенно если учесть, что говорит это представитель страны, десятилетиями учившей других демократии - иногда с помощью лекций, иногда с помощью санкций, а иногда и с помощью танков.            

Универсальный рецепт не сработал

Политологи любят говорить о «многополярности», «центрах силы» и «новой архитектуре мира». Но часто забывают простую вещь: политические модели похожи на лекарства. То, что помогает одному пациенту, другому может навредить.

Западные стандарты подаются как «универсальные нормы». Проблема в том, что сами эти нормы меняются быстрее, чем обновляется операционная система в смартфоне.

От незападных стран требуют строго соблюдать правила, которые сами авторы этих правил соблюдают… по ситуации.

И здесь возникает неудобный вопрос: А почему кто-то вообще решил, что именно его правила - «универсальные»? Кто назначил Запад учителем, а всех остальных - вечными учениками?

Региональные модели: Турция и Азербайджан

Пока старые догмы трещат по швам, регионы начали строить собственные модели - без согласования каждого шага с внешними инстанциями.

Турция за последние годы:

• укрепила экономику и логистику,
• развила оборонную промышленность,
• стала ключевым узлом между Европой, Чёрным морем и Ближним Востоком.

Этот успех - результат сочетания сотрудничества с Западом и решений, принятых не «по учебнику», а по обстоятельствам.

Ключевым партнёром Турции стал Азербайджан, который:

• усилил энергетическую связку Анкара–Баку–Европа,
• стал основой Южного газового коридора,
• помог превратить Турцию в важный энергетический хаб.

При этом Баку следует собственной политической логике - не запрашивая внешнего разрешения на каждый шаг. Это иногда раздражает.
Но именно эта самостоятельность постепенно становится главным ресурсом страны.

Почему демократия перестаёт быть «единственно возможной моделью»?

Запад продолжает настаивать: демократия - единственно правильный путь. Реальность, однако, всё чаще подсказывает: мир устроен сложнее.

1. Социальное неравенство никуда не исчезло

Можно сколько угодно говорить о «равных возможностях», но разрыв между богатыми и бедными растёт почти везде.

Законы Матфея и Великого Гэтсби о том, что «богатый по прежнему  богатеет» и «социальный лифт вроде есть, но не едет» работают исправно. Флорентийские семьи сохраняют богатство уже шесть веков, британские - почти восемь. И после этого нам всё ещё рассказывают о равенстве стартовых условий?

2. Демократия переживает кризис эффективности

Классическая модель - сменяемость власти, конкуренция партий, честная борьба идей - всё чаще даёт сбои. Формально процедуры соблюдаются. Но всё чаще система выглядит так, будто живёт по инерции.

Выборы становятся громче, а ответ на вопрос «стало ли людям жить лучше?» - всё тише.
Процедура важнее смысла. Мир постепенно смещается от привычного деления на «левых» и «правых» к более простой логике: ответственная политика или популизм.
Партийная принадлежность всё чаще становится просто декорацией.

3. Свобода - это не только право, но и ответственность

История уже показывала: свобода многих пугает.
После отмены крепостного права в России многие крестьяне просили вернуть старый порядок - не из любви к несвободе, а из страха перед неопределённостью.

Свобода - сложна. И не для всех одинаково проста.

Вопрос к читателю: что ближе лично вам?

• свобода → но ответственность → риск и неопределённость
  или
• стабильность → меньше риска → но и меньше выбора

И одинаков ли ответ для всех стран и культур?

Мораль, культура и право быть разными

Демократия выросла из греко-христианской цивилизации и опирается на индивидуализм и права личности.
Коллективистские культуры - например, японская - считают морально правильным ставить интересы общества выше личных.

Европейские монархии спокойно живут с наследными институтами - и это почему-то никого не смущает. Так кто решил, что одна формула обязана подходить всем? Почему страны с иной историей, религией и социальными традициями должны повторять «демократический» путь?
Цифровая эпоха и кризис политики

Интернет дал голос каждому - и одновременно:

• открыл эпоху фейков,
• упростил манипуляции,
• превратил политику в шоу.

Выборы всё чаще напоминают спектакль: декорации дорогие, актёры громкие, эмоций много - а зритель уходит с тем же вопросом: зачем всё это было?                                                                                                    Вопрос «кто умнее?» постепенно вытесняется вопросом «кто громче?». Наднациональные структуры всё чаще живут своей жизнью - отдельно от реальных людей. Евробюрократия вызывает вопросы уже у самих европейцев.

Вместо вывода: право на собственный путь

Ни одно общество не обязано жить по чужому конспекту лекций.
Западные стандарты всё чаще теряют универсальность и перестают быть примером для подражания. Азербайджан входит в новую мировую  архитектуру с простой философией: пусть соревнуются идеи, технологии и тарифы - но не люди на поле боя. И доказывает, что самостоятельная модель развития может быть устойчивой и эффективной без механического копирования чужого опыта.

Мир действительно вступает в эпоху разнообразных моделей.
И право на собственный путь - это и есть настоящий суверенитет.