В Иране нарастает протестная активность, охватывая всё больше регионов страны. В минувшее воскресенье вечером в городе Каракже участники протестов подожгли баннер с изображениями основателя Исламской революции Рухоллы Хомейни и нынешнего верховного лидера Али Хаменеи. Видеозапись этого инцидента быстро распространилась в социальных сетях.

Советник мэра Тегерана Абдолла Ганджи, несмотря на продолжающиеся акции протеста, заявил, что полиция проявляет сдержанность и не использует оружие. По его словам, силовые структуры следуют политике «контроля безопасности с терпимостью и снисходительностью». 

Тем временем, протесты распространились и на студенческую среду. В некоторых университетах, таких как Университет Шираза, Исфаханский технологический университет и Исфаханский университет, сроки экзаменов были сдвинуты на неделю вперёд. В администрации Университета Шираза заявили, что это решение было официально одобрено руководством вуза в ответ на усиление протестной активности среди студентов.

Правозащитная организация HRANA информирует, что протесты в стране охватили уже 78 городов, расположенных в 26 провинциях. Протестующие вышли на улицы 222 населённых пунктов. Демонстрации, забастовки и студенческие волнения стали основными формами протеста.

Согласно официальным данным, в ходе столкновений погибло 36 человек, из которых 34 — гражданские лица, а два — представитель сил безопасности. Ещё 51 человек получил ранения, в основном от резиновых и дробовых пуль.

Протесты начались с экономических требований, но затем переросли в массовые уличные акции и студенческие манифестации, на которых звучат призывы к смене политического режима.

На этом фоне президент США Дональд Трамп заявил, что Соединённые Штаты готовы нанести «очень сильный удар» по Ирану в случае, если иранские власти отдадут приказ убивать протестующих.

Отвечая на вопрос журналистов о границе, после которой США могут вмешаться в ситуацию в Иране, Трамп отметил, что Вашингтон внимательно следит за происходящим.

«Мы посмотрим. Мы следим за этой ситуацией очень внимательно. Если они начнут убивать людей, как делали это в прошлом, я думаю, что США нанесут им очень сильный удар», — сказал президент США. 

А военно-политический кабинет Израиля одобрил план новой операции против Ирана, которая получила кодовое название «Железный удар». Об этом пишут израильские паблики со ссылкой на источники, близкие к израильскому правительству.

Детали операции — в том числе предполагаемые цели, формат и сроки ее проведения — остаются засекреченными. Официальные представители израильских властей пока не подтверждают и не опровергают эти сведения, воздерживаясь от публичных заявлений.

Источники не исключают, что начало военных действий может быть запланировано на ближайшее время. 

После того, как Трамп пригрозил нападением на Иран, Высший совет национальной безопасности ИРИ, орган, отвечающий за внутреннюю и внешнюю безопасность, провел экстренное заседание, чтобы обсудить, как сдержать протесты с минимальным применением насилия и избежать провоцирования общественного гнева.

Об этом сообщает газета New York Times. Источники, участвовавшие в обсуждениях, признали, что Иран оказался в «состоянии борьбы за выживание». Власти обсуждали ограниченные варианты реагирования как на внутренние протесты, вызванные экономическим кризисом, так и на угрозы со стороны США и Израиля. Некоторые советники призывали правительство готовить стратегические заявления и планы на случай дальнейшего обострения. 

Наконец, стало известно даже, что верховный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи разработал план эвакуации из страны в случае, если иранским силовикам не удастся подавить протесты.

Об этом сообщила газета The Times со ссылкой на отчет разведки.

В статье говорится, что 86-летний иранский лидер планирует бежать из Тегерана в сопровождении ближайшего окружения, состоящего из 20 помощников и членов семьи, если он увидит, что армия и силы безопасности начнут переходить на сторону протестующих или перестанут выполнять приказы.

«Хаменеи бежит в Москву, поскольку для него нет другого места», — заявил газете Бени Сабти, который десятилетиями служил в израильской разведке после бегства из Ирана через восемь лет после исламской революции.

План побега, отмечает Times, основан на опыте бегства свергнутого в декабре 2024 года сирийского лидера Башара Асада, который сбежал из Дамаска в Москву, чтобы воссоединиться со своей семьей, прежде чем столица страны была захвачена.

По оценке Reuters, стоимость активов Хаменеи может достигать $95 млрд.

Во что в реальности могут перерасти нынешние протесты в Иране? Если они будут усиливаться, удержатся ли власти от массового применения огнестрельного оружия против недовольных масс? И если это все-таки случится, можно ли ждать нового совместного удара США и Израиля по руководству и военным объектам Ирана? А также бегства Хаменеи и, как следствие, избавления Ирана от теократической формы правления? Кроме того, насколько вероятно, что в итоге Иран ждет дезинтеграция, распад на несколько частей по этническому признаку? 

На эти вопросы Pressklub.az ответил исполнительный директор Центра Ближневосточных исследований (Киев) Игорь Семиволос. 

По его словам, ситуация в Иране сейчас действительно напоминает «идеальный шторм», где внутренний социальный взрыв наложился на беспрецедентное внешнее давление. «В отличие от «Зеленого движения» 2009 года или протестов из-за Махсы Амини (2022), нынешние события имеют под собой критическую экономическую базу. Когда инфляция и обвал риала делают невозможной покупку хлеба, идеологические лозунги режима перестают работать.

Если протесты дойдут до критической точки, часть элит (прагматики из окружения Пезешкиана или армейское руководство) может попытаться отстранить от власти радикальное крыло КСИР, чтобы спасти само государство. По крайней мере, сигналы о расколе элит уже поступают. Их трудно верифицировать, но реакция исполнительной власти в начале беспорядков об этом свидетельствует. Не исключен и «сирийский сценарий», когда после длительной фазы уличных боев страна погрузится в гражданскую войну.

Понятно, что заявление советника мэра Тегерана о «сдержанности» — это попытка успокоить Запад и Трампа. Однако природа исламского режима такова, что насилие — их единственный инструмент сохранения власти. Как только протестующие начнут захватывать административные здания или арсеналы, КСИР и «Басидж» перейдут к массовым расстрелам. Для них это вопрос жизни и смерти: они знают, что в случае победы революции их ждет трибунал или самосуд», - подчеркнул исследователь.

Он отмечает, что если оценивать вероятность ударов по Ирану со стороны США и Израиля, то она сейчас максимальна за все 47 лет существования Исламской Республики. «Дональд Трамп в 2026 году не связан никакими дипломатическими реверансами. Его «Доктрина Донро» (как ее шутливо называют после Венесуэлы — неологизм, происходящий от имен Дональд и Монро) предусматривает быстрые и жесткие хирургические удары.

Кодовое название операции — «Железный удар», которое на слуху в Тель-Авиве, свидетельствует о намерении Израиля окончательно ликвидировать не только ядерную угрозу, но и руководство КСИР. Если Тегеран начнет массовые убийства на улицах, Трамп получит идеальный «гуманитарный повод» для того, чтобы поддержать израильские ракеты американскими B-2.

Сравнение с Асадом очень уместно. Москва стала единственным пристанищем для диктаторов региона. 86-летний лидер понимает, что верность армии — вещь хрупкая. Если регулярная армия (Artesh) откажется стрелять в народ (а такие сигналы уже есть), режим падет в считанные дни. С уходом Хаменеи принцип «велаят-е факих» теряет смысл. Скорее всего, Иран ждет переходный период под управлением коалиции военных и светской оппозиции.

Самый опасный сценарий развития ситуации — это дезинтеграция и распад по этническому признаку. Иран — многоэтническое лоскутное одеяло. Курдистан, Систан и Белуджистан уже сейчас являются центрами сопротивления. В условиях безвластия в Тегеране они первыми объявят о суверенитете. Этнические азербайджанцы на северо-западе Ирана также могут потребовать автономии, что втянет в конфликт Турцию и Азербайджан.

Однако иранский национализм очень силен. Большинство оппозиционеров хотят единый, но свободный Иран. Поэтому дезинтеграция возможна только в случае полного хаоса и отсутствия дееспособного переходного правительства в Тегеране.

Представляется, что вероятность падения нынешнего формата власти в Иране в течение ближайших месяцев довольно высока. Трамп и Нетаньяху не дадут режиму «переждать» протесты. Революция 1979 года, начавшаяся под религиозными лозунгами, в 2026 году, похоже, завершается под лозунгами экономическими и общечеловеческими», - делает вывод Семиволос. 

Рауф Оруджев